Виктория Раз: Всем привет. Меня зовут Виктория Раз. И сейчас я хочу познакомить вас со своей ученицей, которая недавно поделилась со мной своими успехами. Мы сейчас об этом у неё и узнаем. Маша, привет. Расскажи немного о себе в контексте изучения иврита: с чего ты начинала, как давно мы знакомы, и как происходило у тебя изучение иврита?

Маша: Привет. Начала я 2 года назад. Правда сказать, начинала совсем плохо. Я не могла понять многих вещей. Сегодня все это уже, конечно, гораздо понятнее и яснее.

Виктория Раз: Часто мне задают вопросы типа «через какое время после начала занятий можно почувствовать результат?», «через несколько месяцев что может произойти», «когда я начну понимать на слух на улице», «когда я начну читать без огласовок». Как эти этапы распределились у тебя, на твоем опыте?

Маша: Надо сразу сказать, что если бы эти 2 года я не халтурила, я бы, наверное, была гораздо дальше, чем сейчас. Поэтому 100% надо не лениться и не обманывать саму себя, заниматься учебой.

Мой папа тоже учил иврит для себя, не особо вникая в грамматику, не пользуясь учебниками, дома, сидя в Москве. Вот он все время говорил, что он не понимает, как писать и читать без огласовок. Эти 2 года, пока мы параллельно учим иврит, я несколько раз от него эти слова слышала. И еще полгода назад, когда он это сказал, я не могла ответить на этот вопрос. Хотя я при этом сама уже без них читала. Но ответить на вопрос, как это происходит, я не могла, сама не понимала.

В итоге на днях, когда он опять задал мне этот вопрос, я начала ему объяснять. И объясняя ему, до меня самой наконец-то дошло. Я ему объясняла, что есть корни слов, Вика помоги мне объяснить…

Виктория Раз: Да, есть корни, есть некая структура с огласовками, которую я условно называю модели. В иврите используют термин мешкаль. Это то, что добавляется к корню.

Маша: Мы по-русски говорим «формулы слова». Т.е. мы берем глагол aaaaaaa, его корень aaaaaaa и модель aaaaaaa aaaaaaa. Если убрать aaaaaaa, то что останется – это и есть модель слова. Если вместо этого aaaaaaa поставить какой-то другой корень, то получится уже другое слово, другой перевод будет. Но вот огласовки, последовательность гласных — она сохранится. Модель останется. Т.е. получается, что огласовки входят в эти модели, они являются его частью. Если постоянно будет одна и та же модель, зачем эту огласовку писать.

Виктория Раз: Т.е. когда читаешь слово, ты уже узнаешь и восстанавливаешь эти огласовки. Это приходит с практикой, так как ты уже встречала это слово с одними и те ми же гласными.

Маша: Получается, ты видишь модель слова и узнаешь эту модель. Ты её уже видел раньше не один раз. Ты можешь не знать само слово, не знать его перевод, но саму модель прочитать ты можешь. И даже огласовка не нужна, потому что ты узнаешь эту модель, и ты подразумеваешь огласовку под этими буквами, знаешь, что она там будет.

Виктория Раз: А сколько времени у тебя ушло на то, чтобы с нуля дойти до того уровня, когда ты смогла сходу считывать модель?

Маша: Мне очень помогли твои таблицы, где справа корень и слева — модель по биньяну. Много-много корней там у тебя. Вот я решила, что пока я все не пропишу в эти таблицы…

Виктория Раз: У Маши, кстати говоря, есть эта характерная черта — это делать все и даже больше, чем требуется…

Маша: Да, у меня вначале не было принтера, я его после купила. Я вручную расчерчивала на листе бумаге эти таблицы. Сначала линейкой, потом просто волнистой линий. У меня получилась целая тетрадка с этими таблицами. Я просто начала заполнять по моделям эти корни. 12-20 корней там обычно, 4-ех буквенные корни. Я знала, что например, у меня есть полчаса времени до урока с тобой, и мне надо это сделать. И постепенно я набрала скорость, записывая эти таблицы. Я понимала, что иногда даже не успевала читать, что я там записываю. Т.е. обычно я писала и продиктовывала сама себе. Но когда времени оставалось мало, я начинала ускоряться и уже не успевала даже осознавать, что пишу.

Виктория Раз: Т.е. ты знание таблиц и моделей перевела в подсознательное состояние.

Маша: Я такое делала только с паалем.

Виктория Раз: Скажи, а вот когда ты только начинала, все шло со скрипом, туго? А потом постепенно все ускорялось, становилось быстрее и легче?

Маша: Когда я только начинала учить иврит, я понятия не имела про корни и модели. До того, как мы с тобой познакомились, я искала в интернете грамматику. И везде встречала эти корни и модели, но я не понимала, что это такое, и для чего это нужно. Что это составляется краеугольный камень при изучении иврита, я не понимала. Как в английском — все крутится вокруг времен, т.е. обязательно надо понять картину времен. То в иврите надо также понять картину корней и моделей. И это будет, конечно, не весь иврит, но львиная его доля.

Виктория Раз: Какое-нибудь пожелание от тебя для тех, кто только начинает, кому трудно, кому хочется все это бросить — что-нибудь такое мотивирующее?

Маша: Моя личная мотивация — программа минимум. Тот максимум времени, который ты можешь за день отдать для учебы (кто-то может и 5 часов просидеть, не открывая головы), программа минимум при этом составит 10% от твоего же максимума, который ты можешь сделать за день.

Т.е. к примеру, если человек может выделить 3 часа времени за день, то минимум — даже если он посидит 15-20 минут. И если человеку каждый день хотя бы этот минимум делать, буквально заставлять себя. Время всегда можно, было бы желание.

Я на самом деле пессимистичный человек, у меня всегда «все плохо» и «ничего не получается». Но разум внутренний мне подсказывает, что это сейчас у меня результатов нет. А если я так месяц посижу, 2 месяца буду делать и учить, то через год это куда-то меня приведет обязательно.

И результат действительно есть. 2 года назад, когда мы начинали, я практически ничего не понимала, зачем это нужно говорить и учить. Сейчас это все уже практически на автопилоте.

И еще главная мотивация – это не относится к ивриту как к каторге. Надо относиться к нему как к хобби. Т.е. если сажусь и у меня что-то не получается, я отношусь к этому легко — я немного поковырялась или связь какую-то провела. Если кто-то хоть раз увлекался самостоятельным изучением чего-то для себя, какой-то науки или языка, тот меня поймет.

Виктория Раз: Да, надо найти то, чем ты увлекаешься, и перенести это увлечение на изучение иврита.

Маша: И потом, когда будут появляться первые результаты, уже появляется желание узнавать дальше и глубже. Потом с телевизора начинаешь понимать, разбираешь речь на улице.

Виктория Раз: Просто не пугаться вначале, что много не понятного, все не так, как в русском. Много каких-то новых правил, порой странных.

Маша: Да, это моя большая ошибка, которую я постоянно делала раньше. Когда вопрос касается грамматики — нельзя говорить, что в русском все совсем не так. Нельзя сравнивать грамматику этих двух совершенно разных языков. Это все равно, что сравнивать велосипед с мотоциклом, и удивляться, почему мотоцикл на движке, а на велосипеде надо самому крутить педали. Это 2 разные вещи, хотя у обеих есть колеса, и их соединяют в группу «транспорт».

Так же и язык, нельзя говорить «вот у нас в русском не так, почему в иврите по-другому?» Потому что это другой язык, и надо смотреть на грамматику иврита через призму иврита. Как-будто ты грамотный ивритоговорящий человек, и тебе надо узнать правила. И ты узнаешь их. То есть не сравнивать иврит с русским – это ошибка. Это палка себе же в колеса.

И еще предлоги иврита. Когда я училась в ульпане алеф, я все думала, зачем учительница пишет глагол и рядом – предлог, с которым этот глагол работает. Мне, честно говоря, было лень все это записывать, я записывала только глаголы. И не понимала, зачем нужны эти предлоги. Я не отдавала себе отчета, насколько они нужны.

А гораздо позже я столкнулась с проблемой, когда уже стал появляться какой-то минимальный словарный запас. Были глаголы, существительные, но я не могла связать их в предложение, потому что я не могла понять с каким предлогом работает каждый глагол. Т.е. я знала, что есть предлоги, и какие они есть, но какой именно предлог использовать в нужном предложении, какой поставить в конкретном случае – я не знала.

Помню, у меня была проблема в магазине надо был заплатить картой. Вопрос – «кем? чем?» — я могу заплатить картой. У меня в голове были отдельные слова, но как все это завязать и составить предложение? Вот если бы я тогда в ульпане записала, что этот глагол работает с таким-то предлогом, я бы сразу сказала эту фразу. Получается что предлоги — это тоже краеугольный камень, вместе с корнями и моделями. Предлоги — как цемент, который связывает слова в предложении.

еще нужен словарь Ирис, без него вообще ничего не получилось бы.

И самое главное, чтобы рядом был преподаватель – Вика Раз.

Виктория Раз: Спасибо, Маша. На самом деле, хочу сказать, что ко мне приходят только самые лучшие ученики. Маша одна из таких, потому что она реально проделала огромную прогрессивную работу. И мы, наконец, её сподвигнем пойти учиться туда, куда она хочет. У неё для этого все теперь есть.

Спасибо тебе огромное. Твое интервью будет для многих очень полезно, так как большинству людей трудно «войти» в новый язык. И я сама когда-то была на твоем месте, сама через это прошла.

Маша: Да, я вначале стеснялась, потом поняла, что все через это прошли. Люди очень терпимо относятся к тому, что ты плохо знаешь язык, чего, например, нельзя сказать про английский. Такой терпимости, кроме как в иврите, наверное, нигде больше нет.

Виктория Раз:
Т.е. надо пожелать всем нашим слушателям — не бояться, учиться. Делать те вещи, которые вначале кажутся очень сложными и не понятными. Просто делать и делать, и в какой-то момент оно все раскладывается, структурируется и начинает работать.

Маша: И еще одно очень хорошая штука, о которой ты говорила — количество касаний к слову. Иногда бывает, мучаешься со словом и никак его не запомнишь. Можно его вызубрить, но через месяц ты его все равно забудешь, если не используется. А можно несколько раз где-то столкнуться с этим словом, услышать его, ты уже знаешь в каком его словаре можно проверить. Заглянула в словарь, освежила слово в памяти. Кому-то, бывает, надо 3 раза так это слово проверить через словарь, кому-то – 5 раз. А потом — раз, и на шестой раз ты понимаешь, что все, это слово уже тебе понятно, отложилось в голове. И ты его уже не просто узнаешь, а ты знаешь это слово и можешь использовать.

Виктория Раз: Тут важно отметить, что когда мы пытаемся вспомнить слово, и оно не вспоминается, не надо себя ругать в этой точке, не опускаться в негативную цепочку. А просто повторить еще и еще раз, и постепенно все начнет получаться.

Маша: Да, и это «еще раз» не будет продолжаться 20-30 раз. Максимум 10-ти раз будет достаточно, чтобы слово отложилось в голове. Спокойно, без негатива принять то, что надо повторить это слово несколько раз. Невозможно все слова выучить за один раз. А тут ты просто понимаешь, что это слово я уже встречал, встречусь еще несколько раз, повторю, и оно запомнится.

Виктория Раз: Огромное тебе спасибо за этот видео. Все, кто нас смотрит, ставьте лайки, если интервью с Машей вам понравилось, если вы хотите её поддержать. Все кто учит иврит, задавайте вопросы в комментариях. Мы с Машей можем повторить интервью, если будут интересные вопросы в обсуждениях. И подписывайтесь на канал Иврика. Всего хорошего!